SHARE

Мир без промышленности, депутатов и Чубайса 

Черногорский проект Гельмана масштабен. Как из Перми он в свое время хотел сделать культурную столицу России, так теперь из Черногории — один из культурных центров Европы. Здесь будут и бесплатные студии для художников, и уличные фестивали, и «творческий офшор» на 40 000 кв. м в цехах бывшего завода холодильников в Цетине (местный парламент уже принял закон о налоговых льготах для компаний, которые откроют там свои офисы). Понравившимся проектам Марат Гельман обещает серьезную административную и финансовую поддержку.

Молодая страна на побережье Адриатики для постиндустриальных экспериментов — самый подходящий вариант. В Черногории, говорит Гельман, нет тех вещей, которые мешают постиндустриальному развитию: промышленности (не пережила западные санкции против бывшей Югославии); «депутатов в пиджаках, которые говорят, что промышленность надо восстанавливать» и «людей, которые, как Чубайс уверяют, что сейчас они создадут альтернативный iPad, хотя никому он не нужен».

Бесы

Бесы

Кризис отношений России и Запада привел к отъезду многих персон московской элиты из страны. Страну покидает целый слой профессиональных пропагандистов.

В общем, приезжай и твори. Под рассказы Гельмана в зале звучит слово «Тахелис», но сравнение не совсем корректно. Тахелис — известный европейский арт-сквот в Берлине, который просуществовал с 1990 по 2013 год. Но в конце концов немецкий порядок победил анархию — художников выселили из здания, которые они самовольно захватили на волне эйфории, сопровождавшей объединение Германии в 1990 году. Марат Гельман ничего захватывать не собирается. Наоборот, к проекту благоволит правительство Черногории, а финансирует его компания Dukley — один из крупнейших инвесторов в местную экономику, владеющая здесь жилыми комплексами и гостиницами.

Эмиграция творчества

Марат Гельман признается, что история Dukley European Art Community не только про творчество, но и про эмиграцию.

Сам он уехал в Черногорию в декабре прошлого года, когда разом заморозились несколько его крупных проектов в России. И судя по тому, сколько людей пришло на презентацию проекта, многие готовы последовать его примеру. Потенциальные эмигранты заняли все лавки и стулья, кому не хватило, слушали стоя. Вопросы задавали не всегда про творчество. «А как там с интернетом?» «Я жил в Суздале, там что ни сделай, продавать некому. А как с этим в Черногории?» «Если я приеду, вы в обязательном порядке мне поможете или я буду, стесняясь, что-то у вас выпрашивать?» «А есть там спрос на серьезное развитие детей?» «А мэры там как в России — с проектом меньше миллиона даже до секретарши не дойдешь?»

Гельман терпеливо отвечал: с интернетом порядок, продавать свои работы можно туристам, которых каждый год 1,5–2 млн, детей тоже навалом, а мэры черногорские — совсем не российские: за каждое созданное рабочее место тебя расцелуют, а если что-то непонятно, объяснят.